Фандом: Оригинал;
Жанр: Киберпанк, слеш, романс, ангст;
Рейтинг: nc-21; со всеми вытекающими; авторы честно обязуются прятать посты с высоким рейтингом под тег «скрытый текст»;
Пожелания к игре: Игра приватна (вступление в игру посторонних персонажей не предусмотрено), из ранее сказанного всё ясно, по всем вопросам обращаться в ЛС к игрокам;
Начало игры:
*****― Знаешь, Леди… Мы с тобой совершенно зря удивляемся тому, что происходит, – сделав глоток вина из бокала, размеренно произнес блондин, откликаясь на предыдущую реплику своей напарницы.
― Почему ты так думаешь? Разве Лэй…
― А что Лэй? Что Лэй, Леди? Он был таким же. Точнее, теперь его сын такой же, каким был он. Ты разве до сих пор наивно полагаешь, что платил мне этот ублюдок лишь за охрану? Думаешь, деньги, которых в космосе не зарабатывал даже он, он платил мне только за охрану?.. Я тоже так полагал, пока мы не начали спать, – мужчина раздосадовано скривился, заметив, что в бокале осталось меньше одного глотка. Но бокал был вновь наполнен из бутылки, что стояла рядом с его коленом, – Впрочем, я его не виню и не осуждаю. Это ведь было взаимно… Таков народ его планеты. Любовь для него была бесценна. А вот у моей любви к нему была цена, – лицо мужчины вновь поменялось: его искривила боль. Сжатый кулак уперся в лоб, скрывая от напарницы искаженное болью обаятельное лицо. По одной лишь позе женщины было понятно: не часто она видит его плачущим. Мужчина засипел сквозь слезы, – Я очень надеюсь, что его сыну повезет больше, чем ему…
Леди немного задумалась, уставив глаза в голографические экраны. Ей вспомнилась одна фраза: «Воровать – так миллион, ебать – так королеву». Она понимала Кобру, всю боль его потери, хоть и была «искусственным интеллектом». Очень неудивительно, что ему было больно. Она тоже знала, что для столь малочисленного народа из погибшего созвездия «Галарксия», раскиданного теперь по всему космосу, родом из которого был отец Аинуила, любовь есть целый культ в жизни. И ей нет никакой цены, нет ничего невозможного для неё… Поэтому Лэй и не жалел своих накопленных богатств на оплату охранных услуг свободного пирата Кобры, за которым охотится даже сама Гильдия Пиратов. Да что там – сама Гильдия Пиратов была создана для того, чтобы убить Кобру! Они и убрали источник богатства для Кобры. Они и убили Лэя. Кобра уже отомстил. Он уже устроил в Гильдии Хаос. Да что там… Уже долгое время Гильдии нет как таковой – после гибели Саламандры она попросту развалилась: каждый хотел сунуть себе в рот кусок побольше, а из-за этого начались междоусобицы, разборки, пираты начали воевать между собой…
Да. Леди тоже надеялась, что Аинуилу найти свою любовь не помешают подобные обстоятельства…
― Что ж. Добрый путь ему…
― Добрый… – подтвердил мужчина, – Если он ищет свою любовь, то непременно её найдет.
Орбита планеты, на которую лежал их путь, уже была отчетливо видна. С высоты город на ней казался невероятно прекрасным и складным золотым и серебряным узором…
*****― Ты предлагаешь мне торговаться за тебя?
― Считай это платой за проезд и содержание, Кобра, – Ауинуил задорно улыбнулся, поудобнее складывая руки за спиной. Необходимо, чтобы изображаемый Леди конвой выглядел правдоподобно, но при этом не мешал ему.
*****― А за то, что он немой, я плачу лишь четыреста пятьдесят тысяч евалонов. Вас устраивает цена? – мужчина, блондин, коренной житель планеты, одетый в качественную черную кожу, отошел от предлагаемого товара к своему письменному столу и сел за него. Было ясно, что он открывает электронный кошелек.
Пират подмигнул армадроиду. На самом деле этот жест предназначался импровизированному пленнику. Занеся ногу на ногу, сидя в своем кресле, Кобра ухмыльнулся, отчего сигара в его губах шевельнулась. Его взгляд стал неистовым, обожающим искренне, и он устремился прямиком к менеджеру.
― В самом деле, господин Райтош… За игрушку из созвездия «Галарксия» Вам заплатят куда больше. За немую – так вообще. Сами посудите – ну кому нужен грубый раб? Неужели местные заказчики не страдают гуманизмом? Или самоуважением?
― Я уверен, что Вы мало чего знаете о наших основных заказчиках. Здесь он не более, чем сексуальный раб. И то неизвестно – ему еще только предстоит пройти медицинское обследование. Если его здоровье будет требовать больших затрат на лечение, то он будет продан, как обычный раб. И уже его хозяин будет решать – сношаться с ним, или сделать из него мебель. Четыреста шестьдесят. Это последняя цена.
― Берите выше, господин Райтош! Он абсолютно здоров, бортовое медицинское оборудование моего корабля это подтвердит. Я возьму восемьсот тысяч. И ни евалоном меньше. Не каждый день Паламеццианская элита может позволить себе такого, как он, даже за невероятные деньги.
Кобра вошел в раш. Он обожал спорить и торговаться. В его взгляде вспыхнула искра и менеджер заметил её. Ну что греха таить – продавец был осведомлен о вкусах жителей и гостей планеты даже сверх положенного…
― Семьсот пятьдесят, – коротко произнес мужчина, надеясь снизить цену. Но Кобра не остался в долгу и тут же небрежно бросил:
― Миллион двести!
Мужчина за столом буквально опешил от такой дерзости. Всё что он успел прежде, чем Кобра раскрыл губы, дабы назвать следующую цену, так это выкрикнуть охранникам, стоявшим в зале у дверей:
― Уводите щенка! – затем, чуть погодя, уже обращаясь к пирату, – По рукам.
*****Шкатулка. Красивая шкатулка с секретами. Одетая в золотистые ткани, в блестящую кожу, с сияющим украшением класса люкс на шее, она теперь стояла на подиуме аукциона перед целым залом извращенцев и прожигателей жизни, среди которых были и туристы, причем весьма не похожие даже отдаленно на гуманоидов… Немного противно. Цену выкрикивают сразу в несколько десятков ртов… Начальная цена – миллион двести.
Миллион триста… Миллион пятьсот… Два миллиона… Три миллиона… Шесть… Двенадцать… Нет, четырнадцать… После двадцати всё больше и больше возгласов начала произносить элита коренного населения…
Зал вопил. Эго Аинуила было весьма удовлетворено происходящим и даже сверх того… Если сейчас персонал аукциона еще и разденет его прямо на сцене – цифры пойдут мерными шагами по миллиардам…
Вдруг на сцену, в самый свет софитов, вторглось из темноты зала маленькое черное пятнышко. Одетый в черное член персонала аукциона подошел к ведущему и что-то торопливо зашептал ему на ухо. У того по мере шептания медленно округлялись глаза. Наконец, когда они едва ли уже не начали вылезать из орбит, он часто застучал молотком по столу, явно дожидаясь, пока зал утихнет. Затем, оттолкнув от себя члена персонала, скрипящим голосом ведущий огласил на весь зал: «Продан за шестьдесят миллионов, господа!». Последний оглушающий стук.